• Мария Кришат

Барон Эдуард Фон Фальц-Фейн

Updated: Jan 12


Photo: © Mike Gorsky


ЭДУАРД АЛЕКСАНДРОВИЧ ФОН ФАЛЬЦ-ФЕЙН: «У МЕНЯ ЗА ОКНОМ ТАКАЯ КРАСОТА, И У МЕНЯ ВСЕГДА ТАК МНОГО ДЕЛ!»



Барон Эдуард Александрович фон Фальц-Фейн, русский дворянин, подданный княжества Лихтенштейн.


Известный спортсмен, талантливый журналист, удачливый бизнесмен и редкий по щедрости и бескорыстию коллекционер и меценат. За успехи в бизнесе награжден международной премией "Хрустальный глобус". За содействие в возвращении художественных шедевров, утраченных Россией в военные годы, награжден Орденом Дружбы Народов.



ФАЛЬЦ-ФЕЙНЫ: КРАТКАЯ ИСТОРИЯ РОДА


В конце XVII века трудолюбивый молодой человек Йохан Фейн отправился в далекую Россию. Выполняя волю царицы Екатерины, он создал под Мелитополем образцовое хозяйство. Его сын Фридрих, первый на юге Российской Империи овцевод, занимавшийся разведением мериносов, стал основателем династии Фальц-Фейнов. Разрешение на двойную фамилию Фридрих получил от императора Александра II, лично посетившего имение лучшего поставщика кавалерийских и тягловых лошадей для русской армии. В 1865 году Фальц-Фейн стал хозяином владений герцога Ангальтского, имения Аскания-Нова. В 1890 году во главе хозяйства встала Софья Богдановна основательница порта Хорлы, хозяйка пароходства, владелица консервного завода и огромного виноградника. Эта умная и практичная женщина много сделала для города Хорлы: были построены училище, гостиница, рестораны и даже собственный «иллюзион».




30 июня 1910 г., Александр Эдуардович, сын Софьи Богдановны, сочетался браком с девушкой из рода столбовых дворян, подарившего России трех адмиралов. Спустя два года в имении Гавриловка на свет появился мальчик, получивший имя Эдуард. Ему суждено было стать наследником огромного состояния – около десятка процветающих имений, домов в Москве, Симферополе, Херсоне, Одессе, 200 тысяч десятин земли в Таврической губернии и земельных участков в Германии, Австрии, Франции, а также фабрик, яхт, пароходов...


В 1919 году была расстреляна Софья Богдановна, под различными предлогами были арестованы и другие представители рода Фальц-Фейнов. От сердечного приступа скончался отец Эдуарда, а его семья – жена и маленькие дети - была вынуждена бежать из революционной России. Единственной надеждой представителей аристократических фамилий, уже научившихся переносить голод и нужду, оставался дом в Ницце, на который давно искали покупателя. Увы, Фальц-Фейны стали жертвой обмана: все имущество было продано за бесценок на аукционе. На вырученные средства удалось купить лишь скромный домик.


Увлечение велосипедом и первые спортивные награды помогли Эдуарду Фальц-Фейну выбрать себе новую профессию: в Берлине началась его карьера спортивного журналиста. Наблюдая и комментируя чужие спортивные успехи, он уверенно добивался и собственных: однажды на велосипеде преодолел за 6 дней 1000 километров от Берлина до Лихтенштейна. Именно он стал основателем Олимпийского комитета Лихтенштейна, создал свою, пусть небольшую, но команду чемпионов, побывал и в роли успешного тренера.


При благословении матушки Эдуард получил гражданство Княжества Лихтенштейн и титул барона. Благодаря его энергии, эрудиции и талантам в Лихтенштейне начался самый настоящий туристический бум. Фальц-Фейн находит аргументы для того, чтобы убедить туристические фирмы включать в свои программы посещение княжества. Сотни туристов могут похвастаться тем, что об истории этого небольшого государства им рассказывал сам барон, лично встречавший каждый автобус. Эдуард Александрович открыл первый магазин сувениров, его фотографии издавались в качестве первых открыток и видовых альбомов Лихтенштейна. В архиве Фальц-Фейна хранятся десятки книг о Лихтенштейне, на издание которых он не побоялся выделить свои собственные средства.


1980 год стал особым в жизни барона. Как президент Олимпийского комитета Лихтенштейна он отправился на Олимпиаду в Москве. Вместе с ощущением перемен в России барону пришлось пережить первое потрясение – визит в родную разоренную Асканию-Нову. Не осталось и следа от родных могил, в руинах стоял бывший прекрасный дворец в Гавриловке…


Фальц-Фейн – «из бывших», «враг народа» – начинает приобретать на различных аукционах произведения искусства, книги, архивные документы и дарить их далекой Родине. Вместе с Юлианом Семеновым барон устраивает возвращение и перезахоронение праха Федора Шаляпина в России. На церемонию, состоявшуюся на Новодевичьем кладбище, Фальц-Фейна и Семенова не пригласили…


А.Э.Фальц-Фейн с Ф.Шаляпиным и Ю.Семеновым в своём доме в Лихтенштейне.


Во внушительном списке сокровищ изобразительного и декоративно-прикладного искусства, купленных Эдуардом Александровичем и возвращенных в музеи на Родине, десятки уникальных произведений. За меценатскую деятельность Фальц-Фейн получил орден Дружбы народов. Русская православная церковь тоже высоко оценила вклад барона Фальц-Фейна в сохранение национального культурного наследия, присвоив ему высшую награду – орден Святого Сергия Радонежского. За успехи в бизнесе он был удостоен международной премии "Хрустальный глобус" и российского ордена Почета, который вручил ему 26 декабря 2002 года президент Путин.





Возвращая историю своей Родине, Эдуард Александрович возвращает и собственную связь со своим родом. В память о дедушке, генерале Епанчине, он курирует Суворовское училище. В родных степях Украины восстанавливаются два храма, большие средства уходят на поддержание деятельности заповедника Аскания-Нова. Содержание фамильных могил тоже оплачивается бароном. День за днем, оставляя себе лишь короткое время на сон, Эдуард Александрович подписывал фотографии, раскладывал уникальные документы, составлял короткие комментарии и указания ко всему, что отдавал России.





В отдельные коробки упаковано то, что получит директор Музея А.В. Суворова в Санкт-Петербурге. Это серьезный историографический труд – сотни публикаций, посвященные прославленному русскому полководцу, специально заказанные бароном в различных архивах или собранные из различных журналов и газет, открытки, памятные марки, напечатанные по инициативе и на средства барона.




ВЕЩИ …



Photo: © Mike Gorsky


  • Редакция не стала вносить правку в оригинальный текст воспоминаний, чтобы сохранить интонации и стиль повествования барона Эдуарда Александровича Фальц-Фейна.


Почему-то так устроен мир: век человеческий суетен и быстротечен, мир вещей – спокоен и долог…


«Материальных предметов», вошедших в жизнь Эдуарда Александровича, оказалось не так много. Те, что когда-то принадлежали его роду и были семейными реликвиями, стали собственностью чужих людей. Те, которые он сам начал собирать, когда обзавелся собственным домом, были частью судеб других людей. Но были и вещи, разделившие вместе с хозяином многое в его полной и насыщенной жизни. Если бы могли, они сами рассказали бы многое - но здесь о них будет рассказывать их хозяин.



Велосипед


Мне было 14 лет, и мы жили в Ницце. Я умолял маму, чтобы она купила мне велосипед. Но она отвечала мне: «Теперь и так страшно ездить по дорогам. Кругом столько автомобилей, и я не хочу, чтобы тебя задавили». «Значит, ты мне его купишь, когда мне будет 20 лет? спрашивал я, - но я так долго ждать не хочу!»


Но разговор был закончен. И вот я узнаю, что фабрика «Нестле» стала продавать свой шоколад с вкладышами – картинками. Нужно было написать письмо с просьбой прислать специальную тетрадь, куда и нужно было вклеивать картинки. Каждый месяц, когда магазины получали новый шоколад, то и вкладыши были новые. Когда вся тетрадь заполнялась наклейками, ее можно было отослать для специальной лотереи. Первый приз был велосипед, второй – фотографический аппарат и так далее…


Но я хотел именно велосипед! Все мои карманные деньги, которые я получал от мамы, я стал тратить на шоколад. Я всегда узнавал, в какой именно магазин поступали новые плитки от «Нестле». Так я и собрал достаточно картинок. Но все-таки мне не хватало. Оказалось, что можно было еще снимать этикетки с банок сгущенного молока от «Нестле» и отправлять на фабрику, а взамен они присылали картинки. Каждая этикетка одна наклейка. И вот тогда я придумал уникальную вещь! Там, где мы жили в Ницце, все люди, что жили в виллах, вечером выставляли за порог мешки с мусором. После ужина я удирал из дома. «Куда ты уходишь?» - спрашивала мама. «Да вот, хочу прогуляться немного», я ей отвечал. Мама верила, но всегда удивлялась, почему от меня так скверно после этих прогулок пахнет.


Я рылся в мусоре и страшно злился, что все покупали сгущенное молоко «Мон-Блан», и очень мало кто покупал «Нестле». Потом и это мне надоело. «Куда-то же выбрасывают весь мусор?» подумал я. И узнал, где городская свалка. Нужно ехать туда, решил я, а не рыться в мешках возле вилл. По четвергам тогда у меня был свободный день. Я говорил маме, что иду купаться. Но ничего подобного. Я садился в поезд и ехал далеко за город. На свалке я находил много всяких этикеток и был этому очень рад, но когда приезжал домой, то страшно боялся, ведь мои штаны, ботинки все так воняло! Я всегда говорил маме, что наступил на собачью «вещь». Я же не мог сказать ей, что был на свалке. Она была бы в ужасе! Но благодаря этой моей гениальной идее я собрал достаточно наклеек, послал тетрадь одним из первых и получил мой велосипед. И раз я получил его даром, мама не могла мне запретить ездить на нем! Но этот велосипед не был гоночным. А я хотел гоночный! И тогда я пошел в один магазин. До сих пор помню, как он называется – «Ираго». Отдал все карманные деньги и попросил обменять мой новый велосипед на настоящий гоночный.

Одна газета в Ницце устраивала каждый год гонки на велосипедах для студентов. И я непременно хотел участвовать, но нужен был гоночный велосипед. Вот я доплатил, получил свой велосипед, записался на гонку и… выиграл. Я его таскал каждый день в комнату и там чистил. Я его просто обожал.


Вместо послесловия: портрет самого главного в жизни Эдуарда Александровича «двухколесного друга» (вместе с хозяином – победителем велогонки среди студентов в Париже) попал на глаза редактору газеты «L’ Auto», и тот пригласил «чемпиона» к себе на работу.



Автомобиль


Мой первый автомобиль был маленький «Рено» зеленого цвета. Я всегда за ним ухаживал и мыл, хотя он принадлежал не мне, а редакции «L'Auto» в Берлине, где я начал работать. Это всегда было мое хобби – иметь чистый-чистый автомобиль. К сожалению, началась война. Я уехал из Германии к маме в Ниццу и вновь пересел на велосипед.


В Лихтенштейне я заработал достаточно денег, чтобы купить себе машину. Мой второй автомобиль был длинный, красивый «Студебеккер». Следующим был «Мерседес». Я хорошо знал гонщика Рудольфа Караччола, и он помог мне купить «Мерседес» секонд-хэнд с поднимающимися, как крылья, дверцами. Чтобы туристы подходили к моему магазину сувениров в Вадуце, я специально оставлял его перед входом с открытыми «крыльями». Это было тогда сенсацией. Все туристы в городе приходили смотреть на мой автомобиль. А потом они заходили в мой магазин! Это была чудная вещь, чтобы привлекать людей. И в один прекрасный день ко мне подошел один американец и попросил его продать. Я уступил ему «Мерседес» за 20 тысяч франков, теперь-то он стоит полмиллиона. Но тогда все старались скорее продать машину, на которой проехали больше, чем 100 тысяч километров. Самый мой последний автомобиль был тоже «Мерседес». Чудная машина! Я продал ее две недели тому назад. Если человеку 95, ему уже нельзя гонять на автомобиле. Реакция у тебя уже не такая, как в 20 лет. Я сам позвонил в «Мерседес» и предложил им мою машину. Теперь мой гараж пустой…Мне было трудно это пережить.



Дом


Это мой первый дом. У меня до него никогда и ничего не было. Просто не было денег. Когда мои дела пошли чудно благодаря этому магазину, о котором все знают, я построил этот дом. Этот участок земли принадлежал князю. А князь ничего не продает. Но он в один прекрасный день решил сделать подарок своему сторожу, который служил у него 40 лет. А сторож предложил мне купить у него землю. Сам он боялся здесь жить. Наверху здесь скалы и часто большие камни падают вниз.


Мне пришлось часто ругаться с архитектором, который не хотел строить так, как я ему все нарисовал. Он мне все время говорил: «Это не мой стиль! А каждый знает мой стиль. И я должен буду подписаться под тем, что каждый знает, что это не мое!» А я ему отвечал: «Я плачу, и все должно быть сделано, как я хочу». Я с ним разругался страшно. А потом он всем говорил, что это его лучший дом. Я выдумал все сам и сам нарисовал – и лестницу, и комнаты… А потом я повсюду разъезжал и нашел эти вещи, что теперь здесь. В Австрии я купил много фольклорных вещей - терпеть не могу модерн. Слишком много домов здесь внутри все современные – столы, шкафы, везде только стекло и стекло. Ужас. Терпеть не могу. Я люблю антиквариат. У меня везде народные вещи. Я их обожаю. Мои любимые вещи здесь – мои иконы. Это только иностранцы иконы покупают, русские – никогда. Они получают их в наследство. Все мои иконы – не купленные, они из моей семьи. Здесь же, всегда со мною рядом, мои родные. Смотрят на меня с фотографий. Меня часто спрашивают: «Эдуард, тебе не скучно?». Как мне может быть скучно?! У меня за окном такая красота, и у меня всегда так много дел!



Хозяин своего собственного дома большую часть времени проводит возле огромного окна – еще одной воплощенной идеи своего создателя. За стеклом – собственный сад и цветы, вдали горы. Возле дивана, где сидит барон, стопки книг, ворохи писем, миниатюрная печатная машинка, музыкальный проигрыватель и телевизор. Нужных вещей у него стало меньше, остались самые главные – любимые…


-----------------------------------------


P.S. Утром 17 ноября 2018 года в доме барона в Вадуце возник пожар. Прибывшие пожарные обнаружили Фальц-Фейна без признаков жизни. Причиной смерти официально признано отравление угарным газом. Александру Эдуардовичу было 106 лет (прим.редактора).





Текст: Мария Кришат // SA



87 views